Вопрос владельца: зачем агенты снимают PNG на Windows, если кадры мы всё
равно не принимаем, тем более что WSL есть на обеих машинах. Ответ по
коду: этому ничто не мешало. Ни один из шести скриптов съёмки и приёмки
не знал, на какой он ОС — ни `process.platform`, ни win32, ни WSL не
упоминались нигде. Съёмка отрабатывала штатно, а стена появлялась на
приёмке, и текст стены говорил «сцен-свидетелей 0 из 10», то есть
подсказывал неверный вывод «надо объявить больше сцен» — от которого до
`--expect-change` на всю матрицу одна команда.
Причина запрета не политика, а физика: Windows растеризует текст через
DirectWrite, с другим субпиксельным сглаживанием и DPI, поэтому
байтового совпадения с принятым эталоном не даёт никогда, свидетелей
среды быть не может, и приёмка откажет всё равно. Флаги детерминизма из
#410 убирают разброс внутри среды, а не между ОС.
Что сделано:
- `golden:capture` отказывается до запуска браузера, в тексте отказа
готовая команда для WSL;
- `golden:verify` остаётся законным в любой среде: он ничего не
принимает, а как грубая проверка полезен;
- обе приёмки (golden и документации) отказываются в чужой среде;
- к отказу свидетелей приписывается фраза про расхождение среды — та
самая, которой не хватало, чтобы отказ не читался как «объяви больше
сцен»;
- платформа уезжает в манифесты рядом с версией Chromium: у кадров
появился провенанс среды;
- осознанный обход есть и требует причину: HP_ALLOW_FOREIGN_CAPTURE.
Главный урок задачи — про цену правки файла, у которого записан хеш.
Первая редакция встроила проверку в `demo/docs/capture.mjs`, и гейт
документации сразу покраснел: его sha записан в индексе скриншотов, и
`scripts/check-docs.mjs` их сверяет. То есть проверка, которая ничего не
рисует, стоила бы пересъёмки всех картинок документации и визуальной
приёмки владельца. Поэтому для документации отказ живёт шагом раньше —
`npm run docs:capture` вызывает `scripts/assert-capture-env.mjs` — и
шагом позже, на приёмке. По той же причине гейт golden стоит в
`demo/golden/policy.mjs`, а не в `run.mjs`: последний входит в корпус
sourceFingerprint. Тест закрепляет обе границы: гейт обязан быть в
policy.mjs и в npm-скрипте и обязан отсутствовать в двух
фингерпринтуемых файлах.
Платформа в юнитах — параметр, а не `process.platform`: иначе тест был
бы зелёным на Linux и красным на машине владельца, то есть тестом про
хост, а не про правило.
AGENTS.md приведён к состоянию после #401 (принимается любая среда,
доказавшая себя байтовым совпадением непринятых кадров) и разводит
проверку и съёмку — прежний текст сливал их в «advisory» и утверждал
«accepted only on a complete Linux CI artefact».
Свидетели, все проверены отрицательным прогоном: снятый гейт съёмки,
гейт, отказывающий и на verify, обход без причины, отказ без команды,
убранная приписка про среду, отцепленные гейты обеих приёмок,
переставшая бросать обёртка, npm-скрипт без проверки и возврат гейта в
каждый из двух фингерпринтуемых файлов. Проверка подключения сначала
смотрела только на импорт модуля и молча проходила, когда отказ
заменяли на `void` — теперь она проверяет вызов бросающей обёртки.
Гейты: npm test 1918 tests, 1917 pass, 0 fail; typecheck зелёный;
check-docs зелёный (индекс скриншотов не задет); pytest без HA 378
passed, 3 skipped.
Issue: #455
User-Visible: no
The immutable beta.2 candidate changed one version-bearing golden frame without the two baseline trailers. Its complete Linux Validate successor proved the exact baseline tree; record that one SHA as the only historical exception while preserving every other provenance check.
Issue: #426
Release: v1.71.0
Baseline-Reviewed: https://github.com/Matysh/houseplan-card/actions/runs/33760450815
User-Visible: no
Артефакт один — scripts/sh3d-convert/dist/index.html, самодостаточный
файл, как и лендинг: раскладывается копированием, без сборщиков и CDN.
Собирается склейкой тех же модулей, которые проверяют гейты этапа 1;
относительных импортов на странице нет, поэтому она работает из любого
каталога и без сети.
Три обещания страницы проверяются тестами, а не текстом:
1. Ни одного сетевого вызова и ни одной внешней загрузки. Ищутся формы
ВЫЗОВА, а не имена API: первая редакция теста краснела на собственном
комментарии, где эти API перечислены как запрещённые. Шрифты
системные — <link> к шрифтам это внешний запрос при загрузке, а
обещание «файл не покидает браузер» должно быть буквальным. Заодно
поэтому на странице нет аналитики.
2. Конвертер внутри страницы даёт тот же результат, что модули
репозитория: код извлекается из собранного артефакта, прогоняется на
фикстуре и сравнивается с golden. Склейка, потерявшая модуль,
краснеет.
3. Собранная страница не отстала от исходников: build-page.mjs --check
сверяет закоммиченный артефакт с пересборкой.
Плюс полнота переводов: у каждой подписи есть ru и en, словари
совпадают по ключам, у каждого кода отчёта и каждого кода отказа есть
человеческий текст. Иначе пользователь увидит пустую надпись или
`not_zip`.
Отчёт показывается ДО скачивания и по этажам: сколько комнат, стен и
проёмов, какая клетка сетки, и полный список мест, где конвертер принял
решение, — спрямлённая дуга, обрезанная толщина, непривязанный проём,
пропущенный этаж без комнат. Это требование задачи: искать чужие ошибки
в готовом плане из сотен объектов хуже, чем прочитать их заранее.
Гайды (ru/en) получили раздел про импорт из Sweet Home 3D с прямой
записью, что это необязательный ярлык, а не шаг настройки: SCOPE обещает
«no external editors», и обходить это молчанием нельзя.
Свидетели этапа 2, все проверены отрицательным прогоном: добавленный в
страницу fetch, потерянный русский перевод, правка dist руками, склейка
без модуля sh3d.mjs — каждая краснит свой тест.
Гейты: npm test 1871 tests, 1870 pass, 0 fail; pytest без HA 378 passed,
3 skipped.
Осталось владельцу: раскладка на хост (из песочницы SSH недоступен) и
проверка на настоящем файле Sweet Home 3D.
Issue: #446
User-Visible: no
Решение владельца по итогам исследования: из чужих форматов планировок
работать имеет смысл только с .sh3d, и конвертер живёт на сайте, а не в
карточке. Продуктового кода задача не касается вовсе — документ импорта
не подписан и не привязан к инстансу, поэтому сторонний генератор это
легальный сценарий уже сегодня.
Этап 1 — всё, что должно жить в репозитории и проверяться в CI:
- scripts/sh3d-convert/{xml,zip}.mjs — читатели XML и zip без единой
зависимости, работают и в Node, и в браузере (DecompressionStream либо
node:zlib). Недоверенный ввод отбивается на входе: DOCTYPE
пропускается и не загружается, объявления сущностей отвергаются,
шифрованные записи, zip64 и распаковка сверх предела — отказ с кодом;
- sh3d.mjs — уровни, комнаты, стены, двери и окна в сантиметрах;
мебель, материалы, свет, камеры не читаются вовсе;
- convert.mjs — маппинг в документ kind=space, plan-only, model 7.
Форма v7 выбрана намеренно и это главное техническое решение задачи.
При v8+ схема требует полный каталог сегментов: wall_ids по числу рёбер,
один-два владельца у каждого сегмента, проекция walls, совпадающая с
сегментами. Всё это на стороне сайта означало бы повторить серверный
алгоритм и разойтись с ним на первом изменении модели. В форме v7 ту же
работу делает commit_wall_segment_model — тот же путь, которым едут
старые бэкапы: сегменты собираются сами, общая граница двух комнат
склеивается в один сегмент с двумя владельцами, проёмы получают хозяина.
Проверено прогоном: v7 → валидный v9.
Второе решение — план строится по комнатам. Стена в нашей модели
существует как ребро контура комнаты, поэтому стены Sweet Home 3D дают
рёбрам только толщину, а уровень без комнат конвертировать нечем: это
отказ с объяснением, а не пустой план.
Геометрия: вершины комнат привязываются к осевым линиям стен (Sweet Home
3D обводит комнаты по внутренним граням, «как есть» получились бы две
параллельные стены вместо общей), затем сваривются с точностью до
сантиметра. Проёмы проецируются на ребро, угол берётся у ребра, длина
обрезается до ребра — серверная привязка допускает 8° и 0.02 шага
решётки, поэтому ни угол, ни центр из файла доверия не заслуживают.
Гейт против дрейфа версий (AC5) — две половины:
- test/sh3d-convert.test.mjs: фикстуры → конвертер → сравнение с
закоммиченными golden. Правка конвертера без пересборки golden красная;
- tests_backend/test_sh3d_convert.py: golden проверяются настоящими
CONFIG_SCHEMA и commit_wall_segment_model, плюс кросс-рантаймовый пин
формул _wall_key и канонизации решётки. Правка модели, не отражённая в
конвертере, красная — до того, как это увидит пользователь;
- tests_backend/test_ha_sh3d_convert.py: golden проходят настоящий
create_preview (нужен HA, идёт в Linux CI). Там же отрицательная
проверка: документ с приватным полем обязан получить отказ.
Свидетели, все проверены отрицательным прогоном: снятое выравнивание
вершин, отключённая сварка, угол проёма из файла, непроецированный
центр, необрезанная длина, снятая обрезка толщины, объявленная модель
v9, разошедшийся порт _wall_key, правка golden руками, поднятая
PLAN_MODEL_VERSION, изменённая серверная формула, изменённая канонизация
— каждая краснит свой тест.
Две фикстуры пришлось усилить именно из-за таких прогонов: углы и центры
проёмов в первой редакции совпадали со стенами случайно, и мутации
проходили молча; появилась и фикстура с общей границей без стены и шумом
в доли сантиметра — иначе сварка вершин не исполнялась ни разу.
Фикстуры синтетические, собраны генератором по опубликованному формату:
настоящих .sh3d в сборке нет и взять их автоматически негде. Проверка на
реальном файле — ручная приёмка владельца, записана в issue.
Гейты: npm test 1867 tests, 1866 pass, 0 fail; pytest без HA 378 passed,
3 skipped.
Этап 2 (страница /convert на houseplan.tech, ru/en) — следующим шагом.
Issue: #446
User-Visible: no
Treat explicit empty route lists as authoritative, preserve them through single-space export, group deleted-space routes, and render vacuums from the immutable vacuum-only snapshot subset.
Issue: #443
User-Visible: yes
#429 снял `SUPPORT_LAZY_INITIAL_BASELINE_BYTES = 291046` — порог,
привязанный к критерию приёмки #423, с пятнадцатью байтами запаса и
сообщением про копирайт формы поддержки. Снять было правильно. Но снят
он оказался ровно на том релизе, где сработал бы:
beta.1 291 031 · снятый порог 291 046 · beta.2 291 069
Рост случился внутри той же беты, уже после снятия, и заметить его стало
нечем: единственным сигналом остался `lowHeadroomWarning`, который горит
постоянно — третий аудит подряд, и третий раз без реакции.
Механизм по образцу ядер (#425): потолок 292 000 Б с полосой 2 000 Б,
двусторонний. Рост выше потолка — отказ с числом и указанием, что делать
(поднять потолок в том же коммите с объяснением либо вынести код в
ленивый граф, #367). Падение ниже полосы — тоже отказ: незафиксированный
выигрыш отыгрывается молча, именно так запас бюджета ушёл с 26 КБ до
8.3 КБ за сутки.
Полоса, а не точное число, — по измерению, а не из осторожности. На
beta.2 initial-чанк стал МЕНЬШЕ на 344 сырых байта и при этом на 40 байт
больше в сжатом виде: gzip не монотонен по исходнику. Точный храповик по
gzip краснел бы на коммитах, которые код сокращают, — та же лотерея, о
которой предупреждает комментарий к бюджету 300 000. Потолок поставлен
так, чтобы факт лежал ближе к середине полосы: 931 Б до отказа сверху,
1 069 Б снизу.
Предупреждение о запасе стало погашаемым: `LOW_HEADROOM_ACKNOWLEDGED_CEILING`
привязан к ЗНАЧЕНИЮ потолка, поэтому признание долга перестаёт покрывать
ровно тогда, когда потолок поднимут. Сейчас `null` — не погашено, и текст
говорит, чем гасится. Превышение самого бюджета признанием не гасится:
там отказ, а не тревога.
Свидетели. Девять мутаций, каждая краснит свой тест: снятие верхней
стороны, снятие нижней, потолок выше бюджета, полоса 50 Б, признание
поверх превышения бюджета, молчащее устаревшее признание, и две — про
подключение: вызов потолка убран из main и отказ понижен до console.log.
Последние две прошли молча на первой редакции тестов — статическая
проверка «в main есть вызов» была бы циклическим доказательством, за
которое #430 снял циклический тест гарда benchmark, поэтому добавлен
прогон настоящего CLI в подставном дереве.
Захардкоженный `lowHeadroomWarning(9058)` из #429 заменён на число из
поставляемого манифеста: константа в тесте выглядела измерением, не
будучи им.
Мутант `initial-view-ceiling-unplugged` в реестре.
Гейты: npm test 1819 tests, 1818 pass, 0 fail; node scripts/bundle-budget.mjs
зелёный — 291 069 внутри полосы, запас до бюджета 8 931 Б.
Issue: #438
User-Visible: no
#413 закрыл класс «SHA мёртв уже в момент публикации». Остаётся более частый:
SHA был жив, а умер потом — по корпусу таких объявлений 98 из 804, потому что
ветку задачи после ревью перебазируют, сквошат или удаляют.
SHA коммита — свойство истории, а история переписывается. Содержимое не
переписывается: git адресует деревья и блобы их хешем. На #403 спец-коммит
переехал из 83005c3c в 94502d3d, а блоб ТЗ у обоих один — 56a92e12; по нему
материал находится одной командой независимо от ребейза.
Конвейер снимает якоря там, где читает материал — в шаге перехода на ветку
задачи, пока рабочая копия равна тому, что прочтёт ревьюер. В шаге публикации
спрашивать поздно: дерево уже сброшено на целевую ветку. При публикации якоря
дописываются машинным блоком: дерево материала и блоб каждого ТЗ, каждый со
своей исполнимой командой поиска.
Блок машинный и помечен как машинный. Ревьюер его не заполняет: дисциплина
ручного переписывания SHA здесь уже подвела, и заменять её другой ручной
дисциплиной смысла нет.
Гейт #413 смягчён ровно там, где обязан: осиротевший SHA при живых якорях —
предупреждение, а не отказ. Ронять раунд, который воспроизводим, было бы той
же ошибкой в другую сторону. Отказ остаётся, когда не работает ни один
объявленный способ найти материал.
Проверено на настоящем осиротевшем случае: блок, собранный для 94502d3d,
находит и дерево, и блоб ТЗ; тот же документ с якорями даёт предупреждение
вместо отказа, без якорей — отказ.
Issue: #416
User-Visible: no
Sergey Matyunin